Categories
Audio Posts In English

A vote for welcoming, well-rounded public schools


rw_lincoln-west_cleveland_2400x1350.jpg?

We are in a time of high anxiety, and perhaps no one feels that more acutely than children and families. Gun violence, social media, COVID-19, economic concerns, political and cultural divisiveness, and so much more, all fuel worries about our young people’s well-being. Over the last few years, extremists have sought to exploit parents’ anxiety to advance their political and ideological agendas. But voters in last week’s elections across the country rejected extremist politicians and school board candidates running on culture-war agendas grounded in divisiveness, fear and smears. Majorities of mainstream parents instead supported candidates who champion public schools that are safe and supportive for all students and that provide a robust curriculum and the resources needed to help young people recover and thrive.

The results underline what families have been telling us for the last two years: Families want their kids to get a well-rounded education, develop strong fundamental academic and life skills, and have pathways to career, college and beyond. They, like teachers, want a voice in their kids’ education, but that doesn’t mean banning books or censoring curriculum. So, when extremists peddled fear or tried to smear and divide, they lost voters’ support.

When public education was on the ballot, public education won. An AFT analysis of approximately 250 races where the far right backed anti-public education candidates found AFT-supported candidates won over 80 percent of the time. Anti-public education candidates publicly supported by Moms for Liberty and the 1776 Project PAC lost 75 percent of the time.

This did not surprise me. I am in schools across the country all the time, and if you follow me on social media, you know I am constantly talking with students, educators, parents and community members. They want strong, supported public schools. They don’t want students to be marginalized. They don’t want strangers to dictate what books other people’s children can and cannot read. They want young people to be able to discuss complex issues and bridge differences. They want students to have access to tools and curriculum that address the challenges of today and that prepare them for the opportunities of today and tomorrow.

That’s the goal of the AFT’s Real Solutions for Kids and Communities campaign, which aims to tackle learning loss, loneliness and literacy challenges. Our campaign focuses on key strategies to create joyful and confident readers; care for young people’s mental health; expand community schools; engage students in their learning through hands-on experiences, including career and technical education; and secure investments public schools need—for improved teaching and learning conditions, adequate staffing, fair pay for teachers and school staff, and other fundamentals for a high-quality education in every school.

In recent weeks alone, I’ve seen so many examples of this, including students’ deep engagement at two public schools in Yonkers. Students at Saunders Trades and Technical High School can get hands-on experience in fields as far-ranging as architecture, biochemistry, auto mechanics and cosmetology. At Yonkers’ Roosevelt High School, students can earn college credit while still in high school; a recent valedictorian graduated with 72 hours of college credit. I also visited Lincoln-West School of Science and Health in Cleveland, which is located in a hospital so students can get valuable immersive experiences leading to in-demand careers. In Beaverton, Ore., I saw a fantastic literacy program and the many ways school staff are providing social and emotional supports for students. And, in one weekend alone, the AFT gave kids and families 120,000 free books, through the AFT Reading Opens the World program, at book fairs in Houston, Queens and Webster, N.Y. (The AFT and First Book have given away more than 9 million great, diverse books—and counting.)

Contrast any of these programs for young people with the extremists who work so hard to divide people and undermine public schools but offer nothing to help students develop the skills and knowledge they need to succeed in life.

These election results should be enough to retire the myth that entities like Moms for Liberty, which the Southern Poverty Law Center includes on its list of extremist groups, represent the majority of this country’s parents. AFT members and our partners in groups like MomsRising, ParentsTogether, Red Wine & Blue, and the Campaign for Our Shared Future represent tens of millions of Americans. We want to strengthen, not diminish, public education.

Is there work we have to do? You bet. Do teachers and support staff want to do that work? Of course. We will continue to work with parents to help all our children get the well-rounded education they deserve in the safe, welcoming and supportive environments children need.

The post A vote for welcoming, well-rounded public schools appeared first on The Forward.


Categories
Audio Posts In Russian

Илзе Лиепа высказалась о лишении ее гражданства Литвы


Балерина призналась, что никакие подобные угрозы не заставят ее предать Россию.

Categories
Audio Posts In Russian

Первая группа батальона из бывших пленных ВСУ выехала на боевое задание


Настроение в подразделении имени Богдана Хмельницкого боевое.

Categories
Audio Posts In Russian

Путин и Моди не успеют провести традиционную встречу в ближайшие 1,5 месяца


По словам Дмитрия Пескова, такая возможность прорабатывается на 2024 год.

Categories
Audio Posts In English

INTERNATIONAL EDITION: Israel Votes to Approve Hostage Deal


Israel’s government voted early Wednesday to approve a deal that would see Hamas release 50 hostages. Hamas says that in addition, 150 Palestinian prisoners would be released as part of the deal. Plus, some relief comes for the families of the men trapped in a Himalayan tunnel.

Categories
Audio Posts In Russian

Новоизбранный президент Аргентины предложил стране план шоковой терапии


У этого бунтаря-либертарианца большие планы, но, чтобы проводить свою радикальную политику, ему придется справиться с такой проблемой, как отсутствие большинства в парламенте страны.

Читайте ИноСМИ в нашем канале в Telegram

Избиратели Аргентины совершили прыжок в неизвестность, выбрав своим президентом радикального либертарианца-аутсайдера Хавьера Милея в надежде, что обещанная им шоковая терапия поможет вылечить их больную экономику.

Популисты правого толка, такие как Дональд Трамп и премьер-министр Италии Джорджа Мелони, поспешили поздравить Милея – известного экономиста, часто мелькавшего на телевидении, который во втором туре выборов опередил министра экономики Серхио Массу на убедительные 11 процентных пунктов. Но аргентинцы уже забеспокоились о том, как этот эксцентричный человек, который проработал в парламенте всего один срок, сможет управлять глубоко разобщенной южноамериканской страной, не имея поддержки большинства в конгрессе.

В серии радиоинтервью в понедельник Милей пообещал приватизировать национальную нефтяную компанию YPF, государственные телеканалы и радиокомпании. “Все, что может быть в руках частного сектора, будет в руках частного сектора”, – пообещал он. Он также пообещал посетить Соединенные Штаты и Израиль в течение трех недель до своей инаугурации, отметив, что это станет “духовным” опытом.

Основные элементы его политической программы заключаются в том, чтобы применить “бензопилу” в отношении раздутого государственного аппарата и провести долларизацию экономики. Однако пространство для маневров у Милея довольно ограничено, потому что он получает в наследство страну, которая находится в плачевном финансовом положении. Валютные резервы Аргентины истощены, годовая инфляция достигла 142,7%, и Масса опустошил казну, потратив средства на предвыборную кампанию.

Переход власти вряд ли будет гладким. Уже вспыхнул конфликт, когда Милей гневно отверг попытки Массы возложить на него непосредственную ответственность за обеспечение стабильности. Действующий президент Альберто Фернандес практически полностью исчез из поля зрения в период предвыборной кампании, поскольку правящие перонисты приложили немало усилий, чтобы Масса дистанцировался от своего непопулярного босса.

После того как 10 декабря Милей вступит в свою новую должность, одной из его первых задач будет подготовка бюджета на 2024 год для отправки в Конгресс. По мнению аналитиков, в проекте бюджета будет предусмотрено существенное сокращение расходов, поскольку в своей победной речи Милей еще раз повторил, что “постепенности места нет”.Кроме того, избранному президенту придется начать переговоры с МВФ, которому Аргентина должна больше денег, чем любая другая страна, – переговоры о реструктуризации ее проблемного долга на сумму 44 миллиарда долларов.

“По всем признакам это будет самый тяжелый переход власти по меньшей мере за десятилетие, – сказал Фабио Родригес, заместитель директора консалтинговой компании M&R Asociados в Буэнос-Айресе. – Проблем много, и все они неотложные”.

Бунтарская предвыборная кампания Милея – которую он вел в основном в социальных сетях и в основе которой лежала “иконоборческая программа”, включавшая в себя обещания сжечь центробанк и покончить с политической “кастой” страны, – очень напоминает предвыборные кампании его идеологических единомышленников, а именно бывшего президента США Дональда Трампа и бывшего президента Бразилии Жаира Болсонару.

Но, скорее всего, Милею придется вести гораздо более тяжелую борьбу за принятие законов в конгрессе, чем любому из его коллег-популистов. Его коалиция “Свобода наступает” (La Libertad Avanza), основанная всего два года назад, занимает менее 40 из 257 мест в нижней палате парламента и всего 7 из 72 мест в сенате. Ни один из 23 влиятельных губернаторов Аргентины не является членом его партии.

Бывший президент-правоцентрист Маурисио Макри заключил союз с Милеем, но, даже если все законодатели из его партии будут поддерживать предложения альянса “Свобода наступает”, у Милея все равно окажется менее трети голосов в нижней палате и всего пятая часть голосов в сенате.

Милей пока не сообщил, кто будет его министром экономики, заявив, что после махинаций Массы назвать имя сейчас будет равносильно тому, чтобы посадить его самого важного министра “на электрический стул”. Но ему все равно придется раскрыть эту тайну: по сообщениям местных СМИ, в настоящее время на рассмотрении находятся две кандидатуры – бывший глава центробанка Федерико Штурценеггер (Federico Sturzenegger) и бывший министр финансов Луис Капуто (Luis Caputo).

“Многое будет зависеть от динамики взаимоотношений между сторонниками Милея, вдохновленными его радикальной риторикой <…> и так называемыми “взрослыми в комнате”, то есть людьми, которые связаны с Макри и [проигравшим кандидатом-правоцентристом Патрицией] Буллрич”, – сказал Оливер Штюнкель (Oliver Stuenkel), профессор международных отношений в Фонде Жетулиу Варгаса в Сан-Паулу. “Взрослые в комнате” рассматривали Милея как “полезный инструмент для проведения своей политики, и они полагают, что им удастся контролировать его и помешать ему воплотить в жизнь его самые радикальные идеи”.

Штюнкель добавил: “У Милея нет столько союзников, чтобы укомплектовать всю администрацию, поэтому он будет опираться на технократов, которых он перед вторым туром голосования называл глубинным государством”.

Тем не менее относительно сильный мандат Милея – он набрал больше голосов, чем любой другой президент с момента возвращения Аргентины к демократии в 1983 году, – действительно может позволить ему провести стремительное сокращение расходов в период “медового месяца”, то есть самом начале его президентского срока, как сказал Родригес.

“В Аргентине существует традиция, в соответствии с которой партии не блокируют первый бюджет нового президента”, – пояснил он, добавив, что Милей также может взять бюджет, представленный Конгрессу Массой, и изменить некоторые его части собственным указом без поддержки парламента.

Еще одной неотложной проблемой является растущий государственный долг перед местными кредиторами. По словам Марины Даль Поггетто (Marina Dal Poggetto), исполнительного директора консалтинговой компании EcoGo, теперь обслуживание долга в виде ежемесячных процентных выплат обходится в 2,5 триллиона песо, что эквивалентно бюджетному дефициту, который Аргентина накопила за последние восемь месяцев. Масса платил по счетам, печатая новые деньги, но Милей пообещал этого не делать.

“Сложившаяся ситуация указывает на то, что будет экономический шок. Вопрос лишь в том, будет ли он организованным шоком или беспорядочным”, – добавила Поггетто.

После самого короткого “медового месяца” нового президента перонисты только и будут ждать удобного случая, чтобы наброситься на Милея за любой неверный шаг. Поскольку это движение контролирует профсоюзы и может вывести огромные толпы людей на улицы для проведения акций протеста, неопытного нового президента впереди ждут тяжелые времена.

По мнению аналитиков, особенно трудно Милею будет выполнить обещания заменить песо долларом и закрыть центробанк Аргентины.

Команда Милея сообщила, что для долларизации экономики потребуется около 40 миллиардов долларов, но валютные резервы Аргентины крайне малы, и страна не имеет доступа к международным кредитам. Кроме того, у альянса “Свобода наступает” нет большинства голосов в парламенте, которое необходимо ему для принятия закона о долларизации.

“Похоже, что идею долларизации экономики придется как минимум отложить на время. А пока Милей сосредоточится на реализации более традиционного плана по стабилизации, – сказал Амилькар Колланте (Amilcar Collante), экономист из Национального университета Ла-Платы. – Для этого нужно будет попытаться унифицировать обменный курс”.

По мнению большинства экономистов, в условиях искусственно поддерживаемого валютного курса серьезная девальвация неизбежна, но Милей заявил, что немедленная отмена механизмов валютного контроля невозможна.

“Для начала нам нужно разобраться с долгами перед местными кредиторами. Если этого не сделать и устранить механизмы контроля, мы получим гиперинфляцию, – сказал он в понедельник. – У нас есть очень четкий план того, как решить эту проблему”. Никаких иных подробностей он не сообщил.

По словам Штюнкеля, многое остается неясным касательно того, как именно Милей собирается реализовывать свою программу.

“Многое будет зависеть от его личного лидерского потенциала, от его интереса к деталям политики – мы ничего об этом не знаем. В должности конгрессмена он оказался не особенно продуктивным. Он не смог обзавестись множеством друзей, поэтому может поручить заключение сделок другим”.


Categories
Audio Posts In English

Serial rape suspect Sean Williams in custody: FBI


Warning: This content may be disturbing for some viewers. Viewer discretion is advised.

(NewsNation) — A prison escapee who has been on the run for more than a month was taken into custody Tuesday in Florida, according to the FBI.

U.S. Marshal David Jolley told NewsNation’s Ashleigh Banfield that authorities tracked Williams down using a K-9 after he was sighted at a store in Pinellas County.

Williams, who was facing multiple state and federal sex charges, had been missing for 34 days since escaping a prison van while being transported from a detention facility in Kentucky to the federal courthouse in Greeneville, Tennessee.

Williams faces accusations of child pornography, child rape, aggravated sexual assault and sexual exploitation of a minor.  

He’s also charged federally with escape and attempted escape due to an alleged July breakout attempt.

Williams is alleged to have drugged and raped several women at large parties fueled by drugs and alcohol he threw on the fifth floor of a downtown Johnson City apartment building where Williams was, in effect, the landlord.

Victims of Williams feared that he would return to Johnson City after escaping a prison transport van, allegedly using a paperclip to free himself from handcuffs and kicking out the vehicle’s window.


Categories
Audio Posts In Russian

СК РФ: в Москве сотрудницу Pоспотребнадзора убили из-за опрятной одежды


rg-social-dummy-logo-650x360.jpg

В Москве завершилось расследование уголовного дела об убийстве сотрудницы Роспотребнадзора в сквере на западе Москвы. Обвиняемый в совершении преступления выбрал жертву, оценив ее внешний вид, сообщили в Следственном комитете России (СК РФ).


Categories
Audio Posts In English

‘Nowhere in Ukraine Is Safe’: Ukraine Counteroffensive Update for Nov. 22 (Europe Edition)


190badc0f077e1e3128feec25508001f.jpeg?w=

Strikes on capital and South kill two; UN says 10,000 civilians, 560 children, killed in the war; Russia gains around Avdiivka; Liberating forces make more headway on left bank of Dnipro


Categories
Audio Posts In English

The secret negotiations that led to the Gaza hostages deal


2023-11-22T03:15:33Z

Pictures of hostages held in Gaza, who were seized from southern Israel on October 7 by Hamas gunmen during a deadly attack, are displayed in Tel Aviv, Israel, November 15, 2023. REUTERS/Ammar Awad/File Photo

Shortly after Hamas militants took hostages during their deadly assault on southern Israel on Oct. 7, the government of Qatar contacted the White House with a request: Form a small team of advisers to help work to get the captives freed.

That work, begun in the days after the hostages were taken, finally bore fruit with the announcement of a prisoner swap deal mediated by Qatar and Egypt and agreed by Israel, Hamas and the United States.

The secretive effort included tense personal diplomatic engagement by U.S. President Joe Biden, who held a number of urgent conversations with emir of Qatar and Israeli Prime Minister Benjamin Netanyahu in the weeks leading up to the deal.

It also involved hours of painstaking negotiations including Secretary of State Antony Blinken, CIA Director Bill Burns, national security adviser Jake Sullivan and his deputy Jon Finer, and U.S. Middle East envoy Brett McGurk, among others.

Two officials involved in the effort provided extensive details of the work that led to an agreement in which 50 hostages are to be freed in exchange for 150 Palestinian prisoners during a four-day pause in fighting.

Shortly after Oct. 7, Qatar – a long-established mediator in a volatile region – approached the White House with sensitive information regarding the hostages and the potential for their release, the officials said. The Qataris asked that a small team, which they called a “cell,” be established to work the issue privately with the Israelis.

Sullivan directed McGurk and another National Security Council official, Josh Geltzer, to establish the team. This was done without telling other relevant U.S. agencies because Qatar and Israel demanded extreme secrecy with only a few people to be in the know, the officials said.

McGurk, a seasoned diplomat with deep experience in the Middle East, held daily morning calls with the prime minister of Qatar, Mohammed bin Abdulrahman bin Jassim Al Thani. He reported back to Sullivan and Biden was briefed daily on the process.

Biden got an upfront look at what the victims of the Hamas attack endured when he held an emotional, lengthy meeting on Oct. 13 with the families of Americans who were either being held hostage or were unaccounted for.

Days later, Biden traveled to Tel Aviv for Oct. 18 talks with Netanyahu. The official said securing the release of hostages was a central focus of his discussions with Netanyahu and his war cabinet, as well as humanitarian assistance.

Five days later, on Oct. 23, the White House team’s work helped yield the release of two American hostages, Natalie and Judith Raanan.

From outside Sullivan’s West Wing office McGurk, Sullivan and Finer tracked in real time the captives’ difficult, multi-hour journey out of Gaza.

The return of the two Americans proved it was possible to gain freedom for hostages and gave confidence to Biden that Qatar could deliver through the small team that had been established, the officials said.

Now, an intensified process started to get more hostages out. When this happened, Burns began speaking regularly with Mossad director David Barnea.

Biden saw an opportunity to gain the release of a large number of hostages and that a deal for prisoners was the only realistic path to securing a pause in the fighting, the officials said.

On Oct. 24, with Israel poised to launch a ground offensive in Gaza, the U.S. side got word that Hamas had agreed to the parameters of a deal to release women and children, which would mean a pause and a delay in the ground invasion.

U.S. officials debated with the Israelis whether or not the ground offensive should be delayed.

The Israelis argued that terms were not firm enough to delay, since there was no proof of life for the hostages. Hamas claimed they could not determine who was being held until a pause in fighting began.

Americans and Israelis viewed the Hamas position as disingenuous. The official said Israel’s invasion plan was adapted to support a pause if a deal came together.

Biden then engaged over the next three weeks in detailed talks as proposals about a potential hostage release were traded back and forth. Demands were made that Hamas produce the lists of hostages it was holding, their identifying information, and guarantees of release.

The process was long and cumbersome – communication was difficult and messages had to be passed from Doha or Cairo into Gaza and back, the officials said.

Biden held a previously undisclosed phone call with the Qatari prime minister when the phasing of releases began to take shape, the official said.

Under the agreement that was taking shape, women and children hostages would be freed in a first phase, together with a commensurate release of Palestinian prisoners from the Israelis.

The Israelis insisted Hamas ensure all women and children come out in this phase. The U.S. side agreed, and demanded through Qatar proof of life or identifying information for women and children held by Hamas.

Hamas said it could guarantee 50 in the first phase, but refused to produce a list of identifying criteria. On November 9, Burns met in Doha with the Qatari leader and the Mossad’s Barnea to go through the texts of the emerging arrangement.

The key obstacle at that point was that Hamas had not clearly identified who it was holding.

Three days later, Biden called the emir of Qatar, Sheikh Tamim bin Hamad Al Thani, and demanded to know the names or clear identifying information for the 50 hostages including ages, gender and nationalities. Without the information, the official said, there was no basis to move forward.

Shortly after Biden’s call, Hamas produced details for the 50 hostages it said would be released in the first phase of any deal.

Biden in a Nov. 14 call urged Netanyahu to take the deal – Netanyahu agreed.

McGurk saw Netanyahu that same day in Israel. Walking out of a meeting, Netanyahu grabbed McGurk’s arm and said “we need this deal” and urged Biden call the emir of Qatar on the final terms, one of the officials said.

Talks stalled as communications went dark in Gaza.

When they resumed, Biden was in San Francisco attending an Asia-Pacific summit. He called the emir of Qatar and told him this was the last chance, and the emir pledged to apply pressure to close the deal, the officials said.

“The president insisted the deal had to close, now. Time was up,” one official said.

On Nov. 18, McGurk met in Doha with the Qatari prime minister. Burns was dialed in after he spoke with Mossad. The meeting identified the last remaining gaps toward a deal.

The agreement was now structured for women and children to be freed in the first phase, but with an expectation for future releases and the aim to bring all hostages home to their families.

In Cairo the next morning, McGurk met with Egypt intelligence chief Abbas Kamil. Word came from Hamas leaders in Gaza that they had accepted nearly all the agreements worked out the day before in Doha.

Only one issue remained, tied to the number of hostages to be released in the first phase and the ultimate structure of the deal to incentivize releases beyond the 50 known women and children, the officials said.

A flurry of additional contacts ensued, and the deal finally came together.